Главная страница

Футболисты сборной СССР 2 августа 1966 года воз­вратились в Москву из Англии, где проходил очередной чемпионат мира. Трижды команда нашей страны высту­пала в этом соревновании, и впервые ее участие было от­мечено 4-м местом и бронзовыми медалями, которые за­служенно получили наши парни за стойкость, мужество, неиссякаемый боевой дух и высокое мастерство.

Я хорошо помню тот день, помню залитый солнцем столичный аэропорт Шереметьево, медь оркестра, букеты цветов, счастливые лица и тех, кто встречал, и тех, кого встречали. Да, мы все были охвачены каким-то одинако­во радостным чувством. Нельзя было не радоваться еще одному взлету отечественного футбола.

Этот взлет главная команда страны совершила под руководством заслуженного мастера спорта, теперь и заслуженного тренера СССР Николая Петровича Моро­зова.

В 1966 году ему исполнилось 50 лет. Это возраст, когда еще многое впереди и в то же время уже пора подводить какие-то итоги прожитого. Для Николая Петровича этим итогом была жизнь, неразрывно связанная с футболом.

Он дебютировал в 1933 году в сборной подмосковного городка Люберцы. Она по праву считалась тогда одной из сильнейших команд Подмосковья. Через пять лет он был принят в команду мастеров московского «Торпедо» и, по существу, навсегда прикипел к этому прославленно­му рабочему коллективу. Пришлось ему, правда, один год выступать в московском «Спартаке», а заканчивать карь­еру игрока в столичном клубе ВВС, но все же по духу, по стилю, по степени привязанности он был и остался ав­тозаводцем. Был капитаном «Торпедо». Выступал в ли­нии полузащиты. Выносливый, волевой, наделенный от природы большой физической силой, он, по общему при­знанию,

Read Article

Возрожденная в 1952 году сборная Советского Союза по футболу просуществовала недолго: ее дебют на Олим­пийских играх в Хельсинки был признан нашими руко­водящими организациями неудовлетворительным, и команда была распущена.

Но с выходом советского футбола широким фронтом на международную арену было совершенно очевидно, что теперь без нее мы не сможем обходиться долго. И в августе 1954 года вновь была создана сборная СССР. Команда очень мало походила на ту, что выступала в Финляндии. Из основного олимпийского состава в ней остались, по существу, лишь защитник Анатолий Башашкин и полузащитник Игорь Нетто. Сменилось и руковод­ство: бразды правления принял Гавриил Дмитриевич Качалин, о котором и пойдет наш рассказ.

Отличный футболист в недалеком прошлом, он уже имел пятилетний опыт педагогической работы, когда получил приглашение возглавить главную команду стра­ны. Это приглашение очень удивило его. Но не испугало. Он охотно шел навстречу ответственной работе.

Начал он ее серией консультаций с Борисом Андрее­вичем Аркадьевым. Качалин совершенно справедливо считал, что деятельность творческого руководителя глав­ной команды страны должна отличать преемственность. Тогда же в специальной записке на имя руководства Спорткомитета Гавриил Дмитриевич писал: «Сборная СССР, по моему твердому убеждению, не может и не должна созываться периодически, для решения каких-то отдельных, частных задач. Она должна существовать по­стоянно как единый организм, со своей историей, тради­циями, а главное — со своей школой, со своими творчес­кими принципами, со своей на годы рассчитанной страте­гией».

Read Article

Право, трудно найти московского автозаводца любо­го поколения, любителя спорта, который бы не знал Вик­тора Александровича Маслова.

Семнадцатилетним пареньком, в далеком 1927 году, пришел Витя на АМО (ныне ЗИЛ) учеником. И в то же лето его увидели в линии полузащиты команды «Пролетарская кузница», объединявшей молодежь заводов АМО, «Парострой» и «Динамо».

В 1930 году молодежь автозавода создала свою соб­ственную команду, одним из организаторов и вдохнови­телей которой был Виктор Маслов. Закончив к тому вре­мени специальные курсы инструкторов спорта, Маслов в течение года исполнял обязанности играющего тренера и, по общему мнению, сделал очень многое для сплочения Коллектива, для закладки его традиций.

Совсем недавно автору довелось присутствовать на одном из больших спортивных вечеров во Дворце куль­туры ЗИЛа. Здесь я увидел фотовыставку, посвященную истории заводской футбольной команды. Увидел и... не мог оторваться. Меня поразили не успехи футболистов (хотя и они сами по себе не могут не восхищать), а судь­бы людей команды довоенной поры. Где гроза защитни­ков и вратарей всех сильнейших клубов страны Алек­сандр Синяков? Он до последней поры был главным ин­женером одного из ленинградских заводов. Защитник Владимир Поляков — «технарь Володя», как называли его когда-то товарищи по зеленому полю, — более трид­цати лет возглавляет Московский карбюраторный завод, дочернее предприятие ЗИЛа. Главным конструктором Миасского автомобильного завода стал в 1968 году быв­ший левый край торпедовцев Анатолий Емельянов. Хав­бек Владимир Ершов тоже инженер, очень талантливый и энергичный, он работает и по сей день на Московском заводе малолитражных автомобилей.

Read Article

Кто сказал, что газета живет один день? Как передат­чик самых свежих новостей — может быть. Но, заключен­ная в подшивку, газета обретает вторую жизнь, стано­вясь самым живым и достоверным хранителем истории, умеющим не только восстановить картины прожитого, но и передать его пульс.

Именно листая подшивки, понял я, какой необыкно­венно яркой, колоритной фигурой в довоенном спорте был Михаил Якушин. С 1933 года и до самого последнего дня предвоенной поры считался он одним из самых выда­ющихся форвардов динамовской пятерки, бессменно вхо­дил в состав сборных команд Москвы и Советского Сою­за. Он был участником первого поединка наших мастеров с профессиональными футболистами Запада, забил тре­тий, решающий, гол в ворота чехословацкой «Жиденице»; это о нем с восторгом писала парижская пресса после матча сборная Москвы — «Рэсинг»; это его выделил как одного из лучших советских мастеров в интервью для со­ветского радио тренер команды басков Луис Регейро. Якушин четырежды был чемпионом страны: в 1935 году он завоевал это звание в составе сборной Москвы, в 1936, 1937 и 1940 годах — в составе мастеров московского «Ди­намо».

Read Article

Долгие-долгие годы, не по нашей вине, советский фут­бол был фактически изолирован от остального мира. По­ложение резко изменилось после Великой Отечественной войны. Победа над силами фашизма необычайно подня­ла авторитет первого в мире государства рабочих и крес­тьян. Была прорвана цепь отчуждения.

В начале 1946 года представители СССР вошли в Международную федерацию футбола (ФИФА), а в 1951 г.— в Международный олимпийский комитет. Тогда же стало известно, что наши спортсмены примут участие в XV летних Олимпийских играх. В том числе и футбо­листы.

В конце марта председатель Комитета по делам физи­ческой культуры и спорта при Совете Министров СССР Николай Николаевич Романов срочно вызвал к себе нахо­дившегося на юге с командой ЦДКА Бориса Андреевича Аркадьева. В старинном особняке, расположенном в Ска­тертном переулке, было многолюдно и шумно, в приемной у председателя собралась большая очередь, но секре­тарь, едва увидев Аркадьева, приветливо улыбнулась ему и сказала:

Read Article

«То, чего мы добились, всего лишь начало большой творческой перестройки и нашей команды и многих дру­гих. Передовому советскому футболу должны сопутство­вать передовые идеи и подлинно мастерское их воплоще­ние в жизнь»,— писал в конце столь блестяще закончив­шегося для московского «Динамо» сезона Борис Андре­евич Аркадьев.

Он настойчиво продолжал закреплять то, что завоевал с таким огромным трудом. И в чемпионате 1941 года бе­ло-голубые по-прежнему продолжали добиваться успеха, демонстрировать достойный чемпиона класс. В их активе были убедительные победы над командами ЦДКА (5:2), одесским «Спартаком» (4:0), минскими одноклубниками (3:2), харьковским «Спартаком» (7:0), первой сборной профсоюзов (2 : 1), тбилисским «Динамо» (3 : 2)...

Read Article

В одной из книг, посвященной московскому «Динамо», я прочел следующие слова: «С сезона 1940 г. московское «Динамо» возглавил один из лучших советских тренеров Борис Аркадьев...» Совершенно очевидно, что подобная формулировка неточна, потому что в ту пору Борис Анд­реевич был всего-навсего лишь начинающим футбольным педагогом. Пишу это для того, чтобы читатель лучше уяс­нил, какой высокий авторитет приобрел он за два года работы с «Металлургом», как быстро росла его популяр­ность. В то же время читатель должен представлять и другое: по тем временам Аркадьеву была оказана очень высокая честь, и сложности перед ним возникали нема­лые. Он пришел в коллектив, уже имевший на своем счету громкие победы, первым в нашем футболе ставший чем­пионом страны, первым сделавший «дубль». В коллектив, где, по существу, каждый игрок был знаменитостью и ав­торитетом: Михаил Якушин, Гавриил Качалин, Аркадий Чернышев, Михаил Семичастный, Сергей Ильин, Всево­лод Радикорский, Евгений Фокин...

А теперь разберемся в обстановке, которая сложилась тогда в советском футболе в целом и в динамовском клу­бе в частности.

Read Article

Трудно себе представить наш футбол без Бориса Анд­реевича Аркадьева. Без его такой знакомой, отличающей­ся завидной стройностью фигуры, без его доброго, умного взгляда и неторопливого, всегда спокойного и тихого го­лоса. Такого тихого, что так и кажется: его владелец очень боится кому-то помешать, кого-то побеспокоить. И это не манерничание. Это было свойственно Борису Андреевичу — человеку интеллигентному, обладающему тем незаменимым богатством, которое мы определяем термином «общая культура».

Родился он в Петербурге в 1899 году и однажды в раз­говоре со мной пошутил, что, привстав из колыбели, ви­дел, как один век передавал эстафету другому. С ранних лет он познакомился с азами физической культуры: изу­чал сокольскую гимнастику, занимался легкой атлетикой, плаванием, греблей, а в 12 лет вместе с братом Виталием поступил на частные Курсы искусства фехтования, где в течение двух лет настойчиво, с большим прилежанием изучал этот вид спорта. Фехтование приучило его к тон­кости мысли, поиску неожиданных, смелых тактических ходов, уважению к технике исполнения любого спортив­ного приема. И эти уроки детства, по свидетельству са­мого Бориса Андреевича, оставили в нем след на всю жизнь.

Но постепенно все увлечения Бориса Аркадьева усту­пили место страсти к футболу. Познакомившись с ним еще мальчишкой, Борис в 1915 году был принят во вто­рую команду сильнейшего в Петрограде клуба «Унитас», где царствовал в то время Василий Павлович Бутусов — первый капитан первой олимпийской сборной России. Молодому защитнику прочили большое будущее, но вскоре грянула революция, потом гражданская война.

Read Article

В первый день нового, 1936 года сборная московских клубов, составленная из игроков «Динамо» и «Спарта­ка», встретилась на знаменитом парижском стадионе «Парк де Пренс» с известной профессиональной коман­дой «Рэсинг». Гости проиграли со счетом 1:2, заслужив, несмотря на неудачу, восторженную оценку зрителей и прессы.

Этот матч знаменателен для нас, однако, не резуль­татом и не славой тех, кто в нем отличился. На идеаль­ном зеленом поле «Парк де Пренс» в то новогоднее утро советский футбол, длительное время находившийся в обстановке международной изоляции и исповедовавший давнишнее построение «пять в линию», встретился с новой, бурно пробивавшей себе дорогу на Западе про­грессивной системой «дубль-ве». Более того, хорошо известный английский тренер Д. Кэмптон охотно про­чел московским футболистам лекцию о новой систе­ме, ставшей к тому времени основой современной так­тики.

Read Article

Что же может нас привлечь в опыте человека, созда­вавшего свой чертеж победы, свою стратегию выступле­ния в чемпионате страны более сорока лет назад? Оказы­вается, многое. Многое из того, что и сегодня должно учитываться в повседневной работе.

Еще в шестьдесят седьмом году, едва задумав эту книгу, я первым делом постарался встретиться с Констан­тином Павловичем. Он охотно принял меня. Широкий, открытый лоб, умные, с грустинкой глаза, спокойная ма­нера говорить — все это сразу располагало к Квашнину, заставляло особенно внимательно прислушиваться к каж­дому его слову.

Я прежде всего спросил, что он считает самым глав­ным, самым решающим в тренерской работе. Констан­тин Павлович ответил почти не задумываясь:

— Подбор людей и работа с людьми. Это было глав­ным в наше время, остается главным сегодня и, уверен, останется решающим всегда. Некоторые считают, что клубы, имеющие возможность собрать под свои знамена ряд известных мастеров, уже одним этим обеспечивают себе успех. Это глубокое заблуждение, жертвами которо­го уже не раз становились недальновидные педагоги. Кстати, могу привести очень характерный и весьма по­учительный пример из довоенной практики.

Read Article